Газета "Наш Мир" br> Не просто так пишу я эти строки, не по долгу службы. Под сильным
впечатлением. Владимир Путин пару часов назад завершил свой отчет перед
депутатами Государственной думы РФ. Это его последний премьерский отчет,
если, разумеется, спустя 12 лет он не задумает со старым и проверенным
другом Д. А. Медведевым очередную "рокировочку".
Вообще, отчитывающийся Путин – это уже интригует.
Держался почти экс-премьер и без пяти минут президент, как обычно,
свободно и раскованно. Похоже, в этом зале он один понимал, что в стране
есть еще кое-какие экономические проблемы и их предстоит решать.
Депутатов волновало совсем другое.
Один из народных избранников обеспокоился тем, что в Ливии Россия
"осталась с носом", теперь главный вопрос повестки дня – Сирия (видимо,
для его российских избирателей это – главный вопрос за неимением
собственных забот), не за горами, ясное дело, Ирак. Вот как бы не
остаться с носом и в этих странах. Депутат заметно обеспокоен. А Путин,
напротив, улыбчив и уверен в себе. И держится очень по-путински, с
привычным путинским юмором, неизменно базирующимся где-то существенно
ниже пояса.
Владимир Владимирович подтверждает, что мы остались с носом, но и со
всеми остальными органами (смех в зале). А они у нас в порядке, все у
нас с другими органами хорошо. Осталось только добавить, что проклятые
янки о таком благополучии с теми самыми органами, ну, понятно с какими, и
мечтать не могут, импотенты чертовы, но вспомнился, видимо ельцинский
друг Билл в Овальном кабинете, и Путин эту тему благоразумно развивать
не стал. Что до политики России на Ближнем Востоке, то это и был весь
ответ. У нас с любым органом порядок. Успокоил человек из органов.
Скоро ему стало не до шуток. Это когда некогда актриса, а ныне –
бессменный депутат ГД Елена Драпеко (меняет Елена Григорьевна только
партии, была верной Марксу – Ленину - Зюганову коммунисткой, нынче же
входит во фракцию "Справедливая Россия – Родина"), попросила
национального лидера прокомментировать ситуацию в Астрахани. А там
которые уже сутки голодает экс-кандидат в губернаторы справедливоросс
Олег Шеин. Голодает, как герой Андрея Мягкова в "Гараже", в знак
протеста. Против грубых нарушений законодательства в ходе выборов. Путин
поначалу, услышав вопрос, откровенно обрадовался. Бегло объяснив, что
Шеин объявил голодовку, даже не попытавшись подать заявление в суд
(совершенно справедливое замечание, на мой взгляд), он принялся
пространно объяснять, что не зря же он, будучи президентом, отменил
губернаторские выборы. Теперь их пришлось вернуть народу, и вскоре
подобные скандалы станут нормой.
Вот тут-то справедливороссы встали и покинули зал. Тоже в знак протеста.
Не голодают, но тоже протестуют. Против не очень внимательного и
сочувственного отношения Путина к их товарищу по партии. Поступок в
современной России.
Отчет вскоре подошел к концу, и начались прения. Первым подошел к
микрофону Геннадий Зюганов. Сильно поднадоевшим за почти четверть века
голосом, напоминающим по звучанию неисправную фановую трубу, коммунист
России № 1 сообщил собравшимся, что царская Россия была совершенно
отсталой страной. Учитывая, что в этот день отчитывался премьер Владимир
Путин, которому своих грехов хватает, чтоб вешать на него еще и ошибки
Николая II, не ищите логики в этом пассаже Геннадий Андреевича. У него
одна тема, остальные ему не интересны. Ее он и поспешил развить, поведав
собравшимся, что из аховой этой ситуации Россию вытащили "великий
Октябрь", затем ленинский НЭП и гений Сталина, "в лице
индустриализации". Из его речи осталось непонятно, то ли у Сталина было
лицо индустриализации (изрытое оспой), то ли у ведомой им России.
Оставим в покое родной язык Зюганова, возможно, в деревне Мымрино
Знаменского района Орловщины у него были такие учителя, а в дальнейшем
он больше налегал на Устав КПСС, чем на русскую классику, написанную, по
большей части, классовыми врагами – дворянами, а то и вовсе графом
Толстым.
Тут ведь другое важно.
Немного их, конечно, осталось, но ведь живы еще некоторые жертвы
репрессий, загнанные "сталинским гением" на Колыму или в детдома,
поскольку эти малолетние преступники родились в семьях врагов народа.
Таких еще довольно много осталось.
В отличие от истории с астраханцем Шеиным, никто не покинул зал в знак
протеста. Никто не залепил пощечину оратору. Ведь кощунственно так
говорить!
Никто особо и не возражал. У всех депутатов хорошие и безумно дорогие
квартиры. Хотя, уверен, кто-то ведь из них провел додепутатское детство в
коммуналках, созданных Лениным и развитых "сталинским гением".
Возможно, избиратели забыли им сообщить, что многие продолжают в них
существовать.
Не встречая отпора, Зюганов отчеканил, что Америка "корчится в
жесточайшем кризисе". Залу это явно понравилось. Ни депутаты, ни
телезрители жалеть "корчащуюся" Америку не желали. Телезрители – потому
что откровенно злорадствовали, так им, пиндосам, и надо. Парламентарии –
потому что в "корчащейся" Америке бывают, многие из них уже успели
отправить туда поживать да корчиться вдали от родных райских кущ своих
жен и чад, ну и… не жалеют.
Главный крестьянин России Николай Харитонов, создатель аграрной партии,
восторженно аплодировал выступающему. Его избиратель, проживающий на
бескрайних просторах России в сельской местности, в большинстве своем на
двор ходит не только по нужде в сибирские морозы, за неимением
канализации, но и за водой, из-за отсутствия водопровода. При слове
"интернет" матерно кроет немцев на всякий случай. И не корчится же, в
отличие от американцев.
Россия, 2012 год. По всем данным честных социологов, Зюганова и КПРФ поддерживает более трети населения страны.
Так что я американцев тоже не жалею. Как-то не вижу повода. Жалею я
подлинно либеральную оппозицию. Которая в малом очень количестве, но все
еще существует в крупных университетских центрах.
Господи, ребята, да за кого же вы боретесь?!
|